Персона

Читаем вместе: интервью с автором "Амальгамы"

Владимир Торин уверен, что посыл добра и всеобщей любви, содержащийся в книгах, может изменить мир к лучшему. Автор романа «Амальгама» рассказал редакции о переиздании своих книг и о том, может ли литература победить ненависть.
Насколько я знаю, Ваш творческий путь начался почти случайно. Вы писали рассказы и читали их друзьям, которые и уговорили Вас опубликоваться. Так появился бестселлер «Амальгама». Что послужило толчком к написанию продолжения романа, второй книги «Тантамареска»?
Действительно, «Амальгама» появилась неожиданно, ведь я писал её для друзей, которым на совместных посиделках с готовностью читал свои путевые заметки. А друзья мои — люди интересные, творческие: художники, поэты, журналисты, писатели, музыканты. Они настояли: издай книжку, это может быть интересно. Просто ради развлечения я последовал их совету. А книга неожиданно была раскуплена, а сейчас уже и переиздана. А вот вторая книга – это уже требования сразу нескольких издательств, заметивших, что первая хорошо «идет». Читателей привлекает переплетение человеческих судеб, различных жанров внутри сюжета. Так я подписал договор с издательством на продолжение книги и появилась «Тантамареска». В ней я пошел дальше, стал говорить о человеческих снах, древней цивилизации Гиперборее, и тут выяснилось, что это тоже большое серьезное дело, глубокая тема, которая интересует людей. Сейчас, оглядываясь, понимаю, что за те несколько лет, что разделяют два издания, я прошёл длинный путь. Моя книга, которой я открыл путь на свет, моя «Амальгама» изменила мою реальность. 

Вы военный журналист, прошедший горячие точки, как судьба вывела вас на написание исторических книг?
Мне всегда нравилась история, она всегда меня увлекала. С детства, со школы. Даже сейчас, если мы с друзьями едем заграницу, они говорят: «Отлично, с нами едет Торин, значит экскурсоводы не нужны, сам все нам расскажет!» А я, зная это, с удовольствием заранее готовлюсь, почитываю факты, чтобы друзьям рассказать про то или иное место.

История увлекает, а отпустила ли вас война?
На самом деле, корень зла лежит в том что люди пытаются найти себе каких-то врагов и, борясь с этими врагами, сделать мир лучше. Но это тупиковый путь, просто нужно быть добрее и любить все вокруг. Мне пришлось пройти через несколько войн, увидеть смерть, для того, чтобы понять простую вещь: настоящая победа дается не тем, что ты кого-то победил, а тем, что любишь. Это настоящая победа. Как только мы научимся понимать и принимать друг друга, тут же мир станет лучше. Я думаю, в первую очередь задача писателя – противостоять ненависти, которая зачастую воспитывается в обществе телевидением, газетами, интернетом… Когда закончилась страшная мировая война, в Советском Союзе часто можно было услышать выражение: «Лишь бы не было войны». Сейчас оно используется просто как поговорка. Но изначально эта фраза произносилась исключительно серьёзно. Она из тех послевоенных времён, когда в каждой семье в огромной стране кто-то погиб. Это было ужасно, и люди говорили: «Лишь бы не было войны». Сейчас это забылось. Те, кто видел войну, почти все умерли. А те, кто сегодня играет в компьютерные стрелялки, думают, что война такая же.  А она – не такая. Она страшная. Я, как человек, который долгое время был офицером, точно знаю, что на земле вообще нет ничего страшнее, чем война. А война – это апофеоз ненависти, «человеконелюбия». Поэтому я вижу свою роль в том, чтобы пробуждать в людях любовь, а не ненависть. И если будет любовь, то всем будет хорошо.
a.jpg


В вашей книге сразу несколько ярких героев различных эпох  – это  и Наполеон, и Александр Первый и даже Путин. Даже звучит очень кинематографично. Предложения по экранизации уже были?
Были. Вы знаете, мне просто повезло, я ведь попал в мир литературы случайно, я плохо знал все здешние «ходы-выходы», как и что в этой сфере правильно делается. Но вышла моя первая книга и крупнейшая в России звукозаписывающая компания «Союз» предложила мне контракт. Я продал им права на запись аудиокниги, она вышла довольно быстро, и как-то красиво и много ее копий было раскуплено. Вторую аудиокнигу вновь выпустил «Союз», и следом же мне позвонили из организации, которая раньше называлась «Ленфильмом». Продюсеры петербургской киностудии нашли меня на Фейсбуке, после встречи мы подписали договор на передачу прав на экранизацию. Насколько я знаю, сейчас идет работа над сценарием. Конечно, мне все это очень приятно. Мне везет, я так считаю.

Значит попали в свой поток, как говорит метафизика.
Да, кстати об этом я очень много  говорю во второй книге. Человек сам кует свою судьбу, сам может управлять ею, даже не сильно задумываясь об этом. Если ты легко смотришь на вещи, любишь мир, любишь людей, то неожиданно все само случается и получается. Главная мысль моей книги – всем миром правит любовь. Если человек влюблен, и необязательно в другого человека, он может быть влюблен в мир, в небо, в обстоятельства, любовь будет править его миром.

Текстами каких авторов шлифуете свой литературный язык? Бунин, Пригов?
Конечно, вы знаете, я очень далек от того, чтобы чувствовать себя забронзовевшим автором. В век социальных сетей, сотни критиков пишут замечания про мои тексты, я вижу – да можно было вот здесь по-другому написать, тут исправить... Но назвать одного автора не смогу. Возьмем Бунина, он настолько идеально строит фразы, у него настолько настоящий русский язык, недосягаемые высоты. А как быть с Толстым? Великий, берет мощью и размахом. И есть еще много, много авторов. Поэтому нужно читать, как можно больше читать и желательно русских классиков. Чехов, Набоков со своим колдовством фраз, он ими заговаривает. Великая литература, великие писатели, великие идеи. Читая их,  начинаешь понимать, что книги в России — это не просто развлечение или издательский бизнес. Это попытка к чему-то важному призвать людей. Однажды я это осознал и увидел, насколько это всё мелко и суетно, если воспринимать писательство как бизнес, и как велико и могущественно то, что стоит у нас за спиной. А то, что я пришел к этому, спасибо «Амальгаме», когда я писал ее, я не думал, что все это уйдет к профессиональной литературе, а оно ушло.

оролр.jpg

ДНК?
Может быть  гены , – мой дедушка был писателем. В Киеве, совсем недалеко от Крещатика, стоит Дом союза писателей Украинской ССР, там жил мой дедушка, писал книги. Причем я недавно я нашел их, меня поразили тиражи – двести тысяч, триста. Он был родом с Донбасса, писал много шахтерских романов, о войне, конечно, писал, он фронтовик. Так что, возможно, это еще и зов крови позвал поделиться мыслями. А потом, в какой-то момент я понял, что мне действительно есть, что рассказать. 

Кому посвящаете свои книги?
Ох! Когда я почувствую, что достиг какого-то уровня, тогда начну в полном смысле слова посвящать книги. Сейчас я еще только учусь. Мне очень льстит, что мои книги многим моим друзьям и неожиданным случайным покупателям нравятся, и это приятно, но я понимаю, что еще многому мне нужно научиться.  

Что это? Скромность?
Вы знаете, когда вдруг пресса заметила мою первую книгу, несколько газет написали, что я «русский Дэн Браун», меня это очень удивило. Было, конечно же, приятно. Я ходил ужасно довольный, раздавал интервью, встречался с читателями в разных городах: в Москве и в Петербурге, Красноярске и Нижнем Новгород, в Риге мне целую овацию устроили… в какой-то момент я начал понимать, что эта вся история про Дэна Брауна –перебор. Мы являемся наследниками великой русской литературы. Это на Западе писательство поставлено на конвейер: человек издал книгу, поехал развеяться, сменить обстановку, через год написал ещё книгу. Ведь ему надо денег заработать. У нас же всё выстрадано, вымолено, замешано на крови, на каких-то кусках мяса, из сердца вырванных. И это формировалось столетиями. Я недавно стал секретарём Союза Писателей России по международным делам, и стало ещё понятнее, насколько всё серьёзно. Я вошёл в эту реку забавы ради, а пришлось вспомнить про любовь, захотелось призвать людей к любви и добру, появилась ответственность. Я вдруг подумал: куда я полез? Есть Достоевский, Толстой... в этом ощущается неловкость. Чем больше читаешь русскую классику, тем очевиднее её мощь и масштаб.

А согласны ли вы с мнением, что сейчас в России демографический спад в литературной среде. 
Нет, конечно нет. Пройдут годы и станет очевидно, что есть отличные авторы, сильные. В Союзе писателей мы делаем несколько интересных проектов, и некоторое время назад мы проводили фестиваль «Русский Рим», где награждали художников, музыкантов, писателей. Так вот одним из номинантов был Евгений  Водолазкин, его наградили за вклад в развитие русской литературы. Так вот на мой взгляд – это умнейший человек, талантливый автор, достойнейший представитель нынешней эпохи, написавший удивительные романы, красивые, правильные книги «Лавр» и «Авиатор». Пелевин, Сорокин. Хорошие писатели есть, не знаю, как их оценят следующие поколения, но названные мной фамилии в Пантеон точно войдут. 

В завершение разговора прорекламируйте будущим читателям и покупателям ваших книг роман «Амальгама». Почему они должны взять с полки именно его?
 «Амальгама», «Амальгама 2» – книги, которые одни называют мистикой, другие – приключением, третьи – историческим романом, четвёртые – любовным романом, пятые – детективом. Все эти мнения правы, потому что всё это в моих книгах есть. Это увлекательное чтение, в котором собрано всё: и любовь, и мистика, и история, и приключения, и детектив. И, что самое главное, в конечном итоге, добро и любовь побеждают.

Поделиться в соцсетях:

Все статьи рубрики
Я хочу заказать статью